Поиск по базе сайта:
Смерть поэта безобразные мысли, посетившие поутру мою больную голову icon

Смерть поэта безобразные мысли, посетившие поутру мою больную голову




Скачати 30.85 Kb.
НазваСмерть поэта безобразные мысли, посетившие поутру мою больную голову
Дата конвертації31.01.2013
Розмір30.85 Kb.
ТипДокументи

СМЕРТЬ ПОЭТА


Безобразные мысли, посетившие поутру мою больную голову.


Что жизнь твоя? Идиотский вопрос, не правда ли? Сам господин черт не задает подобных вопросов. Зато ты слышишь хохот за спиной:

- Умри для начала! Тогда прославишься. И будешь стоять в самой неудобной позе на площади, что названа в честь тебя. Хотел того?

- Хотел!- рыдаю я.

- Так получай!

И вот, представьте себе, совсем недавно я умер. То ли сбила меня машина, то ли сам повесился, право не помню. Зато самое интересное в моей жизни только начиналось.

Первым делом в газете напечатали про меня некролог на целых полстраницы, да еще с фотографией. Если бы я мог, то удивился бы, сколько любви и сострадания вдруг появилось невесть откуда, и если бы мог умереть снова, то точно утонул бы в потоке соболезнований. Правда, пьяный наборщик перепутал пару букв в моей фамилии. Огромное ему спасибо, что волна общественных рыданий пронеслась мимо. Главный редактор хотел было напечатать опровержение, но не стал, верно рассудив, что кому надо, тот узнает, а кто стеллит эту газету в мусорное ведро, тому и дела нет.

Дальше больше. Из ящика моего стола извлекли все мои бумаги. Даже те, которые я забыл выбросить. И школьное сочинение – изложение, написанное мною в пятом классе на какую-то глупую тему стало чуть ли не шедевром, не говоря уже о других.

На вечере, посвященном моей памяти, какая-то дородная дама в очках вышла вперед и сразу прослезилась, а потом, сделав трагическое лицо, прочитала что-то из моих опусов. Рыдания совсем задушили беднягу, и дальше продолжать она не смогла, лишь стала совсем красной, как бородавка на ее носу.

Затем вышла другая и произнесла нараспев:

- Вы знаете, он был таким, таким…

И тут моя персона оказалась увешана всевозможными достоинствами, как новогодняя елка игрушками. Словно звезда, засияла на моей голове индивидуальность, неповторимость моего таланта.

А в зале сочувствовали. Двое почтенных деятелей культуры даже прослезились. В итоге собрание единогласно решило канонизировать меня.

Из моей жизни выдернули самые душещипательные факты. И на них, как на атлантов взвалили небесный свод моих великих мыслей и дел, которые я не успел сделать. Правда. Более чем о половине из них я никогда и не помышлял, но это неважно. Стране ведь нужны герои, особенно безвременно ушедшие. Не знаю только, сколько нужно прожить, чтобы умереть своевременно.

Но тут появились официанты, и для восстановления сил после такого титанического труда компания решила подкрепиться. Первый тост был за меня, второй за царствие небесное, третий уже и не помню за что. Восстановив силы, литераторы снова принялись за меня, и тогда я пожалел, что не оказался котлетой в тарелке, которую можно просто съесть.

У некоторых вдруг появился удивительный дар – читать между строчек. В итоге оказалось, что там я написал гораздо больше, ибо на одну написанную строчку приходилось с десяток ненаписанных. Только черт все пихал мне новые рассказы и хохотал: «Подписывай!»

Потом случилось что-то совершенно невообразимое. В силу неких объективных причин люди за столом уже не могли разобрать то, что было написано мною, хотя сосредоточенно вглядывались в листы бумаги.

Зато сколько новых великих и прекрасных творений вдруг возникло в этом зале. И под каждым из них, представьте себе, стояла моя подпись. Огромное здание моей великой славы выстроилось из них и доставало почти до неба.

Но бутылки на столе пустели, и вскоре этот нерукотворный памятник мне лопнул, как мыльный пузырь.

Самые уважаемые литераторы задремали, другие, помоложе, старались подцепить вилкой кусок колбасы с первой попытки; совсем молодые отправились курить в туалет, откуда вскоре донеслись грохот и чертыхание. Дамы, собравшись за столом, оживленно обсуждали какие-то агротехнические премудрости.

В общем, вылили меня из бронзы, поставили на площади и благополучно забыли. Только проснувшись завтра, они помянут крепким словом и меня, и черта, и кого-нибудь еще.

А я так и застрял костью в горле человечества. Стою на площади и зеленею от тоски. То птица нагадит мне на макушку, то какой-то человек заведет со мной разговор и примется похлопывать по плечу – последняя радость в этой последней жизни.

Но я не жалуюсь. Хорошо, хоть дети не проходят меня в школе и не проклинают за то, что я вообще родился. И если в следующей жизни буду человеком, а не обезьяной, то никогда больше не возьмусь за перо. Впрочем, последнее может и лучше. На ошибках ведь учатся.



Схожі:




База даних захищена авторським правом ©lib.exdat.com
При копіюванні матеріалу обов'язкове зазначення активного посилання відкритою для індексації.
звернутися до адміністрації