Поиск по базе сайта:
Диалог культур как историографическая проблема icon

Диалог культур как историографическая проблема




НазваДиалог культур как историографическая проблема
Сторінка1/8
Дата конвертації07.01.2013
Розмір0.62 Mb.
ТипРеферат
  1   2   3   4   5   6   7   8


ТОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

Исторический факультет


ДИАЛОГ КУЛЬТУР КАК ИСТОРИОГРАФИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА

(студенческий сборник статей)


«УТВЕРЖДАЮ»

Декан ИФ ТГУ

_______ В.П. Зиновьев

«__» _________ 2009г.


ТОМСК

2009

В этом сборнике опубликованы статьи студентов Исторического факультета кафедры истории Древнего мира, Средних веков и методологии истории. Материалами для данного сборника послужили доклады и обсуждения на методологических и историко-антропологических спецсеминарах кафедры.

Все статьи объединены общей проблематикой, заключающейся в осмыслении опыта разных культур, их столкновения и взаимодействия. Хронологически сборник охватывает большое количество эпох – от Древнего мира до современности – и различные цивилизации – от Древнего Китая до России до наших дней.

Сборник предназначен для студентов и аспирантов гуманитарных факультетов, а также для всех, интересующихся вопросами межкультурного диалога.


^ Редакционная коллегия: д-р ист. наук И.Ю. Николаева, канд. ист. наук В.М. Мучник, канд. ист. наук О.В. Хазанов, канд. ист. наук Н.В. Карначук.


Содержание


Введение 6

Столкновение Иберийской и индейской культур
в начальный период колонизации 8

Ессейское движение, как альтернатива традиционному иудаизму 14

Образ Чингис-хана в отечественной историографии 20 века
и современной массовой культуре 19

Пифагрейская проблематика в романе Т.Манна «Доктор Фаустус» 23

К вопросу об отношении народа к власти.
Традиции, определяющие эти отношения 26

Гностические мотивы в романе Умберто Эко «Маятник Фуко» 30

Вл. С. Соловьев и еврейский вопрос 40

Два лика Елизаветы I Тюдор 43

Низами Гянджеви в отечественной и зарубежной историографии 46

Сравнительный анализ «Повести о доме Тайра» и «Песни
о Нибелунгах». Основания для сравнения 49

Традиции винопития в городской культуре
Западной Европы XV-XVI веков 52

Эволюция английского менталитета к 14 веку через призму «Кентерберийских рассказов» Дж. Чосера 55





Введение



Читатель, который первым делом откроет оглавление этого сборника, возможно слегка озадачится его тематической разнородностью. Если взглянуть на промежуток времени, охватываемый статьями, то это более двух с половиной тысяч лет – от китайской «Книги Перемен» и пифагорейцев до современности. Если взглянуть на географию, то масштаб не менее впечатляющ – Древний Китай, средневековая Япония, Южная Америка времен конкистадоров, современная Россия. Столь же разнообразны персоналии – от Александра Великого до Александра Меня. И все-таки у сборника есть некая тематическая доминанта. Представленные в нем статьи по-разному варьируют одну тему. Авторы на разном материале пытаются показать, как смыслы одной культуры живут и меняются в другой, как в ходе столкновения и диалога этих смыслов рождаются смыслы новые, исходно не содержавшиеся ни в одной из вглядывающихся друг в друга культур.

Амбициозность, которая сквозит иной раз в заголовках, вполне объяснима. Работы, в нем представленные, написаны студентами, находящимися в самом начале своего научного пути. И потому это пока скорее заявки на будущие исследования. Но умение увидеть проблему, обозначить горизонт исследования, внятно сформулировать некую гипотезу – это уже немало. Навыками такого рода авторы сборника, несомненно, обладают. А еще статьи сборника демонстрируют очень важное методологически стремление авторов (если использовать терминологию М.М.Бахтина) к тому, чтобы увидеть чуждость чужого без превращения его в чисто свое. И не просто увидеть и зафиксировать, но понять эту самую инаковость и транслировать свое понимание читателю. Или слушателю, как в моем случае. Представленные работы в большинстве своем обсуждались в рамках спецсеминара «Диалог культур как историографическая проблема». Спецсеминару этому уже более двадцати лет. И на начальном этапе его существования его руководитель и участники, кажется, ощущали себя представителями одной субкультуры. Сейчас я иной раз, общаясь со слушателями семинара, достаточно остро ощущаю инаковость их социокультурного опыта в сравнении с моим. И тем интереснее для меня диалог с ними.

«Культура – всегда некий Корабль Одиссея, совершающий авантюру плавания в иной культуре, оснащенный так, чтобы существовать вне своей территории» (В.С. Библер. От наукоучения к логике культуры. Два философских введения в двадцать первый век. М., 1991. С. 287). Позволю себе использовать эту удачную метафору, пришедшую в голову одного из самых глубоких отечественных философов, писавших в конце ушедшего века, для того, чтобы пригласить читателя сборника в плавание, которое, как я надеюсь, окажется небезынтересным.

В.М. Мучник
^

Столкновение Иберийской и индейской культур
в начальный период колонизации


Бедарева Анастасия


Взаимодействие цивилизаций в эпоху Великих географических открытий охватил и Западное, и Восточное полушария, затронуло все сферы жизнедеятельности человека. Одним из его результатов стало возникновение огромной испанской колониальной империи. В ее истории немало вопросов, которые вызывали и продолжают вызывать жаркие споры. К их числу относится и «духовная конкиста», как назвал французский исследователь Р. Рикар процесс обращения аборигенов в христианство. Именно эту тему я и хочу затронуть в рамках данного доклада.

Представленная статья основана на изучении источника – «Истории Индий». Автором данного произведения является монах доминиканского ордена, известный миссионер, гуманист, биограф Христофора Колумба – Бартоломе де Лас Касас. Начало написания «Истории Индий» относят к первой половине 20 годов 16 века, как раз в это время Лас Касас из-за череды неудач уединяется в монастыре, где пишет свои первые произведения «Апологетическая история» и начинает писать «Историю Индий», которая принесет ему мировую известность и титул «апостола индейцев». Хронологические рамки работы охватывают период с 1502 года (время прибытия Касаса в Санто Доминго) до начла 20-ых годов 16 века (катастрофа в Кумане, где было уничтожено все население).

В рамках данной статьи будет затронут сюжет, касающийся вопроса взаимодействия, точнее сказать столкновения двух совершенно разных культур, взяв за основу процесс христианизации аборигенного населения Латинской Америки. Может возникнуть вопрос – почему не употребляется термин «диалог двух культур»? Так как в статье рассматривается начальный период колонизации, то еще рано говорить о диалоге в полном понимании этого слова, то есть в форме «вопрос – ответ» или «предложение – результат». Встречаются попытки практики диалога, но они единичны и не несут за собой положительного результата для обеих культур (на первом этапе).

Главной задачей в статье является – рассмотреть начальный этап христианизации индейского населения, основываясь на данных источника, выявить причины почему в рассматриваемый периоде не получилось создать отлаженных механизмов приобщения индейского населения к христианской культуре.

В позднее средневековье католическая церковь делила народы мира на христиан и язычников, согласно доктрине, сформированной в XIII веке кардиналом Энрико де Суза. Эта доктрина служила идеологическим обоснованием для завоевания и покорения земель, населенных «неверными». Опираясь на доктрину Сузы, папы римские наделяли христианских государей правом на захват новых земель. При этом в действительности, христианизация местного населения, приобщение его к католической церкви было в большей степени всего лишь прикрытием. Как писал сам Бартоломе в «Истории Индий» стремление к наживе «гнало испанцев через Атлантический океан с крестом в руке и ненасытной жаждой золота в сердце»1. Верхи католической церкви всячески поддерживали идею заокеанской экспансии, так как видели в ней источник увеличения богатств церкви путем распространения христианской веры среди «язычников». Доказательством этого служит то, что при вступлении в лоно церкви индейцы должны были преподнести определенный объем золота. Эти сборы никогда не прекращались и с течением времени придумывались их различные обоснования.

Позже наиболее популярной стала теория колонизации, поводом которой выступало приобщение «неверных» к христианству, а способом осуществления – справедливая война. Доктрина справедливой войны была наиболее жестокой, состояла в том, что покоренные неверные не имеют никаких прав, а, следовательно, не только должны быть завоеваны и покорены, но и лишены своих земель. Она предполагала уничтожение местных обычаев, общественно-политического устройства; индейцы должны быть обращены в рабство или закрепощены. Лас Касас в своей книге приводит множество примеров различных форм эксплуатации индейцев и способов их подчинения. Это в основном насильственные методы с применением грубой силы: «…Один касик (вождь индейцев)…отдавший 9 тысяч кастельяно, не удовлетворил требований испанцев, и они схватили его, посадили на землю, привязали к столбу и, вытянув ему ноги, подложили огонь, чтобы он дал им еще золота»1.

Такие действия имели для конкистадоров свои оправдания – индейцы – это люди недоразвитые, находящиеся на младенческой стадии развития, следовательно, они нуждаются в «помощи и покровительстве», которое готово предоставить Испания. Формируется образ индейца-ребенка, которого следует вести и оберегать. Такие тенденции были только на словах и в представлении священнослужителей, находившихся вдали от Америки. Также конкистадоры верили в божественное проведение и считали себя исполнителями его воли – «рыцари христианской справедливости», что одновременно не мешало им грабить и убивать, тех, кого они хотели обратить в христианскую веру, оправдываясь тем, что кровь, пролитая во имя господне, обеспечит им жизнь в райских кущах.

Основную массу конкистадоров представляли в основном идальго, которые привыкли зарабатывать себе на жизнь военным делом, поэтому было не так сложно убедить их в том, что они следуют божественному провидению. Тем более что эти идеи умело, проповедовали им как деятели духовной культуры, так и высшие военоначальники.

В своей работе Лас Касас не находит место каким-либо сомнениям относительно полноценности аборигенов Америки, для него они прежде всего люди, а потом уже инаковерующие. Поэтому он и отстаивает неотъемлемое право народов Нового Света быть хозяевами своей земли. Он не видит ничего величественного в действиях завоевателей: «Победы, одержанные Васко Нуньесом над индейцами, нагими или едва прикрытыми травой, были не более великим подвигом, чем побоище, учиненное в курятнике» (III, 52). То, что Касас не упоминает в своей работе о жертвоприношениях, объясняется тем, что он прибыл на континент позже, когда влияние и запреты европейцев были довлеющими.

На первых парах индейцы встречали испанцев как высших существ, посланных им богами для оказания помощи. Тем более что среди индейских поверий часто бытовала легенда о пришествии «спасителя», в белом облачении посланного божеством, которыми становились для индейцев монахи, сопровождавшие корабли. Но по мере развития событий и деятельности прибывших открывались их истинные намерения, и первоначальные интерпретации сходили на нет. Конкистадоров стали считать карой посланной богами, находя множество причин, обоснований неправильной жизни, которую якобы вели индейцы. Сознание индейцев отличалось непроницаемым мифологизмом – они способны были воспринимать происходящее как часть легенды. Ведь индейцы мифологизировали не только неизвестные им феномены (конь, оружие и т. п.), но и сам факт появления чужеземцев. Не только техническое превосходство, но и факт мифологического восприятия помогли победить европейцам.

Жестокость, с которой действовали завоеватели, вызывало трудности в сфере восприятия истиной христианской веры, проповедываемой монахами миссионерами. Миссионеры старались объяснить существование единого бога на земле, как для индейцев, так и для испанцев. При этом у индейцев возникал правомерный вопрос: «Почему бог испанцев сильнее того бога, которого предлагают нам миссионеры, так как этот бог не может защитить нас?». Именно поэтому Лас Касас ставит в вину конкистадорам то, что они своими действиями препятствовали христианизации населения, а в дальнейшем совсем исказили представления индейцев об истинном христианском боге. Своими безграничными желаниями обогащения за счет золота они заставили аборигенов думать, что богом для них является именно оно (золото). Лас Касас сам был свидетелем этого и позже написал: «При нем (индейце – Б.А) была пальмовая корзина, которая на том языке зовется «хаба», наполненная доверху золотом, и сказал Хатуэй: «Взгляните, вот божество, которому они служат и поклоняются и которого повсюду ищут; они терзают нас, преследуют, из-за него погубили наших отцов, и братьев, и все наше племя, и наших соседей, и лишили нас всего, что мы имели, из-за него они ищут нас и не дают нам покоя. А потому, давайте устроим празднество и пляски, чтобы, когда придут христиане, это их божество приказало им не причинять нам зла» (III, 18).

Негативное влияние оказывал тот факт, что Лас Касас был одним из немногих, предлагавших идеи мирного и постепенного приобщения индейцев к евангельским нормам. Эти идеи испанское общество того времени не способно было воспринять и перенеси на индейское население. Оппонентами по этому вопросу ему выступали известный доктор теологии, придворный хронист короля Карла V – Хуан Хинес де Сепульведа, который оправдывал захватнические войны в Америке и доказывал их совместимость с христианской религией. Его доктрина заключалась в том, что, признавая природность индейцев он, одновременно считал, что они пребывали вне культуры и признавал правомерным порабощение одних другими. А также епископ де Фонсека, который считал войну испанцев против индейцев «умиротворением» для последних и всячески препятствовал деятельности Лас Касаса.

Немаловажным фактором, препятствовавшим распространению христианства, было то, что испанцы, прибывшие в Америку, получили даровую рабочую силу в огромных количествах. Индейцы воспринимались как рабочий скот, поэтому, когда они не могли трудиться, от него избавлялись как от ненужного груза. Именно поэтому испанское население в колониях так негативно восприняло зарождавшуюся деятельность монахов-миссионеров, проповедовавших христианские нормы и свободы, как для испанского, так и для индейского населения. Показательным примером являются случаи гонений на монахов-доминиканцев за их проповеди со стороны рабовладельцев, которые не хотели расставаться со своими привилегиями.

Такая ситуация сохранялась до тех пор, пока не была налажена постоянная связь и взаимная информированность между Америкой и Испанией, пока не была создана централизованная система управления колониями. Это произошло во многом благодаря деятельности монахов, которые информировали корону о действительных бедствиях и нуждах населения. Здесь стоит отметить роль самого Лас Касаса, который в течение всей жизни находился в состоянии борьбы за права индейцев. Я могу предположить, что нынешняя Мексика – самая католическая из стран Латинской Америке, обязана этим ему. По крайне мере истоки к этому были заложены во время пребывания Касаса на посту епископа Мексики.

Многие исследователи продолжают споры и дискуссии по вопросу положительных и отрицательных последствий колонизации. Эта тема была актуальна при функционировании колониальной системы и осталась таковой после ее отмены. На основе истоков заложенных в 15-16 веках проследить трансформацию антиколониальных либеральных идеологий от начала колонизации до распада колониальной системы.
  1   2   3   4   5   6   7   8



Схожі:




База даних захищена авторським правом ©lib.exdat.com
При копіюванні матеріалу обов'язкове зазначення активного посилання відкритою для індексації.
звернутися до адміністрації